Статья

приветствие отличается от приветствия серьезного не игрового, а глубокого “здравствуйте” как пожелания здоровья при встрече а не простого животного восторга заключенного в слове “привет”. Именно поэтому необходимо выделить более глубокий пласт языка, затертый в повседневной болтовне, но исторически первый. Это формальный язык.
Следовательно язык может так же означать

б) “способность стать хором, сочинить стихи, прочитать молитву, исповедовать свой грех, подать жалобу…, окрестить ребенка, написать биографию и похоронить отца”1.
Очевидно, что вторая область много сложнее и правильнее выявляет суть речи. Но зачастую исследователями эти два уровня языка смешивались. Розеншток-Хюсси начинает с того, что стремится отделить одно от другого. И прежде всего для выявления сути языка Розеншток-Хюсси предлагает различать формальный и неформальный язык. Логически и исторически формальный язык предшествует неформальному; в свою очередь, формальный язык следует за звуками животных, но не является их прямым следствием.
“Мы различаем, во-первых, неартикулированные, предшествующие оформленности звуки животных, во-вторых, формальный человеческий язык, и в-третьих неформальную, неофициальную речь”2. Неформальная речь живет за счет обоих видов языка – еще не получившего формы и формального. Неформальная речь представляет, таким образом, смесь.
Так Розеншток-Хюсси подходит к новому пониманию языка, показывая, что определенная разновидность речи существует и у животных, но это всего лишь “сигнальная система”. В исследованиях не стоит к ней обращаться, так как это по сути дочеловеческая форма. Другая же разновидность речи – язык в полном смысле слова есть только у человека, и